|
|
|
Хорваты (из книги "Пороховой погреб Европы" - А.Г.Задохин, А.Ю.Низовский)На плодородных землях бассейна рек Савы и Дравы славяне поселились в VI веке. Славянское племя, осевшее на этих землях, принесло с собой древнее название "хорватов" - hrvati. Подобно этнонимам "русь" и "сербы", этноним "хорваты" - иранского (сарматского) происхождения и означает "страж скота", "пастух". Часть хорватских племен осела в междуречье Дравы и Савы, а другая прошла к Адриатике, в Далмацию, заселив обширные при морские территории. Их исторические судьбы оказались различны. Поселившиеся в Далмации хорваты попали в струю сильного итальянского влияния, там возникла славянская купеческая Дубровницкая республика. "Книжная" культура Италии повлияла на культуру далматинских хорватов. Дубровник (Рагузу) в средние века именовали "славянскими Афинами", подчеркивая таким образом, что Дубровник - центр славянского просвещения. Ученые, писатели, художники, архитекторы из Дубровника и городов Далмации внесли огромный вклад в развитие славянской культуры. Именно здесь впервые прозвучала мысль о Bcеслaвянском единстве. Ценнейшими трудами по ранней истории славянства яются сочинения Винко Прибоевича из далматинского города Хвар, которыи в своей работе "О происхождении и истории славян" (1532) впервые высказал гипотезу о том, что этноним "славяне" происходит от "слава", и сочинение дубровчанина Мауро (Мавро) Орбини "Славянское царство" (1611). Ранние далматинские историки сформулировали и начали распространять идею об этническом и языковом родстве славянских народов, об их славном прошлом и великом будущем. Хорваты - выходцы из Далмации оказали большое влияние на развитие русско-хорватских связей. Среди далматинских моряков Петр I набирал специалистов для молодого русского флота. Выходцем из Дубровника был знаменитый Савва Рагузинский (ок. 1670-1738 п.) - соратник Петра I, видный русский дипломат и государственный деятель. Главным городом хорватов, осевших на берегах Савы и Дравы, стал Загреб - древняя столица хорватских князей и королей. Два центра старого Загреба - Горний град и Каптол - разделяет Долац, торговая площадь. Каптол с Надбискупским двором и вознесшимся в небо огромным готическим собором - средоточие власти духовной. Гopний град со зданиями Сабора и Банского двора - средоточие власти светской. А очень древняя церковь Святого Марка в центре Горнего града помнит еще 1241 год, когда Загреб был взят и сожжен Батыем, тем самым, который взял и сжег Москву и Киев. Одна из улиц Горнего града носит имена Кирилла и Мефодия, учителей славянских - Чирило-Методска улица, по имени расположенного на ней католического храма во имя святых Кирилла и Мефодия. Созданной Кириллом и Мефодием азбукой - глаголицей - хорваты пользовались дольше других славянских народов. Для средневековой Хорватии, вошедшей с начала XII столетия в состав Венгерского королевства, глаголица стала символом национального языка и культуры - ведь официальным государственным языком и языком католической церкви был язык латинский. Хорватские свяwенники - их называли "глаголяши" - противопоставили ему славянский язык и глаголическую традицию, и ещё в ХV веке глаголица была распространена в xopватском Приморье и на островах Адриатики. Хорваты вели героическую борьбу против турецкого нашествия, фактически своими телами закрыв Европу от азиатских орд. Во всех европейских столицах с изумлением и восторгом называли имя Николы Зринского - хорватского князя (бана), с гарнизоном в 600 человек в 1566 году в течение месяца оборонявшего крепость Сигет от 100-тысячной армии турецкого султана. Защитив от турок земли Австрии, хорваты в итоге перешли в подданство к австрийскому императору, а граница Хорватии и Боснии стала границей между Австрийской империей и Оттоманской Портой. Для несения пограничной службы ещё в конце XVI века имперские власти создали в пограничной области - Славонско-Хорватской Краине - особую автономную военно-административную единицу: Военную Границу. Ее поселенцы - по-хорватски "граничары", или по-немецки "гренцеры", по своему статусу чем-то напоминали русских казаков: за земельные и прочие казенные пожалования они обязывались пожизненно нести "цесарскую" службу, защищая границу от турецких набегов. Первоначальными поселенцами Военной Границы были хорваты и влахи, но в XVII-XVIII веках сюда, спасаясь от турецких погромов, переселилось большое число сербов. В результате в Краине образовалась крупная прослойка сербского населения. Заброшенные волею судеб на окраину славянского мира, хорваты всегда ощущали свою причастность к нему. Проповедником идеи политического и культурного союза славян под покровительством России был хорватский книжник Юрай Крижанич (1618-1683), приехавwий в Москву в 1659 году. Его идеалом было всеславянское, государство, способное противостоять немецкой экспансии на восток. Интересно, что для пропаганды своих идей Крижанич изобрел "всеславянский" язык - смесь русскoгo, хорватского и старославянского. Хорватия - родина иллиризма, своеобразного культурно-общественного течения середины XIX века. В его основе лежала мысль об этническом родстве всех славнских народов, общности их языков и исторических судеб. Последователи иллиризма - хорватские ученые, писатели, общественные деятели, - борясь с германизацией и мадьяризацией хорватов, несли в народ сознание того, что хорваты при надлежат к великому и могущественному славянскому племени. Проповедником славянского мессианизма, идеи об особом призвании славянских народов, был хорватский поэт Петр Прерадович (1818-1872). Именно писатели-иллиры - Векослав Бабукич, Стан ко Враз, Янка Драшкович, братья Антун и Иван Мажураничи, Людевит Вукотинович и признанный лидер иллиризма Людевит Гай, создали хорватский литературный язык и хорватскую литературу. На хорватский язык были переведены Пушкин, Лермонтов, Веневитинов. На страницах хорватских литературных журналов регулярно помешались статьи о русской литературе, музыке и театре, о Пушкине, Крылове, Гоголе, Лермонтове. В 1840 году Россию посетил Людевит Гай. Он встретил восторженный прием в Москве, особенно в славянофильских кругах. Идея славянского единения получала новое подкрепление: оказывается, границы славянского мира не ограничиваются Белградом и Варшавой! И вероятно, недаром строки из появившегося в те годы и ставшего чрезвычайно популярным русского вальса "На Драву, Мораву, на дальнюю Саву, на тихий и синий Дунай" удивительным образом перекликаются с текстом хорватского гимна: "Тече Драво, Саво тече, нит`ти Дунав силу губи". Русские славянофилы оказали хорватским иллирам материальную помощь в размере 25 тысяч рублей для создания Национального хорватского музея и на продолжение издания газеты "Даница" и журнала "Коло". В свою очередь, посетившие в начале 1840-х годов Загреб русские ученые и общественные деятели И. И. Срезневский и П.И. Прейс, встретили теплый прием в Хорватии. Всерьез обеспокоенная ростом панславистских настроений среди хорватов Вена в 1843 году запретила публично употреблять слово "иллир" и установила строгую цензуру хорватской печати. Революция 1848 года явилась серьезнейшим испытанием для Австрийской империи. Трон Габсбурrов висел на волоске. Бои шли на улицах Вены, вся Венгрия восстала, требуя независимости. Для Хорватии, административно входившей в состав венгерских земель, это было бы национальной катастрофой: им была уготована судьба стать национальным меньшинством в независимом Венгерском королевстве, националистические круги которого открыто выступали за "мадьяризацию" хорватов. Национальньiй герой Венгрии, руководитель венгерского восстания Лайош Кошут, публично заявил, что ему неизвестна такая нация - хорваты. И тогда хорваты, вняв слезным мольбам императорского двора, выбрали из двух зол меньшее: выступили на зашиту австрийской короны и целостности империи. Бан (королевский наместник) Хорватии Йосип Елачич во глав армии, набранной из хорватов, выступил на подавление венгерской революции. Навстречу ему шли русские войска, вошедшие в Венгрию по просьбе венского двора. Революция была подавлена, и молодой император Франц Иосиф в апреле 1850 года утвердил политическую независимость Хорватии от Венгрии. В память об этих событиях на центральной площади Загреба сегодня высится памятник бану Елачичу - на вздыбившемся коне, саблей указывающий в направлении Будапешта. А мысли хорватского полководца о национальном самоопределении славян и сегодня не утратили своей актуальности: "Я бы предпочел видеть мой народ под турецким игом, чем под полным контролем его образованных соседей ... Просвещенные народы требуют от тех, кем они правят, их душу, то есть, говоря иначе, их национальную принадлежность". Да, когда "просвещённые" народы весной 1999 года бомбили Югославию, многие из нас, вероятно, думали о том же самом,о том, какова может быть цена этого "просвещения". Да и "просвещения" ли? Впрочем, из этого вовсе не вытекает, что "турецкое" (татарское, монгольское, казахское, китайское, индийское и т.п.) иго ничем не лучше. Славянской мир - мир, волею судеб сформировавшийся на стыке Европы и Азии, но он не европейский и не азиатский. Он вполне самодостаточен и имеет право на самостоятельное существование без какого то ни было участия "просвещённых" и "непросвещённых" соседей. ...Несмотря на, казалось бы, полный успех хорватов, управление Хорватией перешло в руки австрийских чиновников, назначавшихся из Вены. Официальным языком стал немецкий. А в 1868 году, в резыльтате долгой закулисной борьбы, Хорватия снова стала частью Венгрии. 1868 год стал переломным в истории Хорватии. Соглашение 1868 года полностью блокировало любую возможность изменения её статуса в составе Австро-Венгрии: пересмотр соглашения мог быть осуществлён только с согласия парламента Венгрии, и всем было ясно, что Венгрия никогда на это не пойдёт. Так начался долгий и противоречивый путь Хорватии к национальному самоопределению... Хорватские политические деятели искали союзников. Лидер Хорватский Партии права Евген Кватерник побывал в России, во Франции. Своим союзником хорваты считали и православную Сербию, где жили их единокровные братья-славяне. Именно в Хорватии впервые прозвучало слово "Югославия", под которой здесь понимали федерацию южных славян, освободившуюся от ига "просвещённых" соседей. Глава хорватской католической церкви, епископ Йосип Штросмайер, выдающийся славянский политический деятель и просветитиель, основал в 1867 году в Загребе Югославскую академию. Прекрасно понимая, что разница в вероисповедании может стать главным препятствием в деле объединения славян, он ставил своей целью добиться на славянских землях духовного примирения православной и католических церквей: вероисповедание не может служить причиной разделения братских народов. Й. Штросмайер выступал против некоторых догматов католицизма, способных оскорбить чувство православных верующих, в частности против догмата о непогрешимости римского папы. Штросмайер и его сторонники поддерживали контакты с Сербией и были готовы в подходящий момент выступить за отделение Хорватии от Австрии, за создание единого югославянского государства. Огромный энтузиазм вызвали в Хорватии вступление русской армии на Балканы в ходе начавшейся русско-турецкой войны 1877-1878 годов и победы русского оружия в Болгарии. Хорваты ждали от России помощи в национальном освобождении, и казалось, что долгожданный "момент" вот-вот наступит ... Но параллельно с ростом национально-освободительных настроений в хорватском обществе набирал силу и другой процесс. Хорватский национализм, вышедший из темных углов сознания мистически настроенной части хорватской интеллигенции и охотно подхваченный австрийскими и венгерскими властями, видевшими в национализме средство разобщения славянских народов, зародился на рубеже 1860-1870-х годов. "Отцом" хорватских националистов считается философ и публицист Антун Старчевич. В молодости он увлекался идеалами иллиризма, но затем постепенно отошел от идей славянского единства. Увлекшись раннесредневековой историей Хорватии, он пошел по тому пути, который повторяли и продолжают повторять сотни "любителей истории" фашистского толка: по пути фальсификации истории на основе создания собственной мифологии, собственного "нового взгляда на историю". Старчевич попытался доказать, что хорваты - не славяне, а германцы, потомки готов, принявших славянский язык. Эти "хорватоготы" якобы завоевали Балканы и покорили славян, которые стали их рабами. "Раб" по-латыни звучит как "servus", "серв", И отсюда-то, утверждал Старчевич, и произошел якобы этноним "серб". Значит, делал вывод Старчевич, сербы - исторические, "исконные" рабы хорватов, нация неполноценная, "недочеловеки". Практически то же самое, как мы помним, говорил обо всех славянах вообще Гитлер: вероятно, и у Старчевича, и у Гитлера были одни и те же духовные учителя. Старчевич освоил тот образ "скромного народного вождя", которому потом интуитивно следовали все фюреры мира: вел скромный образ жизни, старался быть "ближе к народу", в своих публицистических выступлениях обличал власти и заступался за "простой народ", говорил об угнетении хорватов "инородцами": сербами и венграми. Вместе с Евгеном Кватерником Старчевич создал Партию права, однако вскоре отделился от нее, создав свою "Чистую Партию права" (ну как же обойтись без деления на "чистых" и "нечистых"!). После смерти Старчевича лидером "чистых" стал Йосип Франк. Националисты выступали за создание Великой Хорватии, которая должна была объединить все населенные хорватами земли и стать равноправным автономным с Австрией и Венгрией образованием в составе империи Габсбургов: "дуалистическая" Австро-Венгрия должна была превратиться в "триалистическую" Австро- Венгро-Хорватию. При этом ни о каком выходе Хорватии из состава империи Габсбургов речь не шла: "чистые" хорватские националисты являлись надежными союзниками Вены и яростными противниками Сербии и сербов. Хорватия же, по замыслу националистов, должна была вклюючать в себя Хорватию, Боснию и Герцеговину, часть Словении и именоваться "Великой Хорватией". Но гораздо большее влияние, чем националисты типа Старчевича, имели в Хорватии сторонники епископа Штросмайера и Евгена Кватерника. Идея союза югославянских народов преобладала в общественном сознании хорватов. Сторонники федерализма выступали за создание IОгославии как объединения живущих в Aвстро-Beнгрии сербов, хорватов и словенцев и за преобразование Австро-Венгрии в Австро-Венгро-Югославию: в этом федералистски настроенные хорватские деятели находили поддержку у словенцев, у сербов, но только не у своих "чистых" националистов, которых негласно поддерживала официальная Вена. Здесь давно поняли, что австрийская монархия может выжить, лишь сталкивая лбами народы Австро-Венгрии. Чехов натравливали на венгров венгров - на хорватов, хорватов - на сербов. Но сохранить единство монархии, постоянно балансируя на взаимном недовольстве разных народов, правящие круги Австрии не могли - рано или поздно это недовольство должно было обратиться против самой монархии. |
